Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору
14:15, 07 апреля 2018

Преступление и наказание: Бессонница


Пётр и Лиза поженились летом. Дату регистрации красивую подобрали – 8.08.2008 года. Елизавета взяла Петину фамилию – он был очень горд. Через два месяца у этой пары сын родился, спустя два года – дочка. Третьего ребенка планировать не стали. Жили у мужниных родителей в трехкомнатной квартире. А когда Камиле годик исполнился, приобрели в кредит “двушку”. Жить отдельно от родителей супругам было по душе. В гости стали друг к другу ходить, подарки покупали, чтоб не с пустыми руками. До крупной ссоры жили-не тужили на протяжении шести лет. «Раньше папа никогда так сильно с мамой не ругался, – вскоре расскажет следователю семилетняя Камила. – Они, конечно, бывало, ссорились. Но папа просто покричит на маму немного, и всё. А тут мы всерьез перепугались. Я плакала, а Стёпка его от мамы оттащить пытался…»

Из-за чего ж сыр-бор разгорелся-то? Летом 2015-го Лиза уведомила благоверного, что подала заявление о расторжении брака. Основной из указанных причин значилась супружеская измена. С чьей стороны – гадать не станем, ибо не суть важно: к уголовному делу, возбужденному в 2017 году в отношении Петра Волковича, касательства не имеет. Разве что косвенно. Ведь после развода они, перестав жить дружно, не разъехались, а продолжали сосуществовать в одной квартире: бывшая жена с детьми – в одной комнате, экс-супруг – в другой.

«Мы вместе осуществляем воспитание наших детей. Между нами никогда особо никаких конфликтов не происходило. Так, незначительные ссоры, без рукоприкладства», – рассказал Пётр Волкович. А потом добавил, что после расторжения брака меж ними случилось два конфликта с привлечением правоохранительных органов. Причем он не имел в виду последний. О нём-то и речь.

В субботу, 6 мая минувшего года, Волкович вернулся с работы, а дома тихо. Глянул на часы – семь вечера без пяти минут. Где все? Позвонил Камиле. Дочка сказала, что гуляет с детьми на улице. Хотел спросить, где именно, но мобильный из рук девочки взяла бывшая жена. Уточнила, что она с детьми на даче у Куликовских, общих знакомых. У них тоже двое ребятишек-погодков. Но эти родители, к счастью, не в разводе. Вот и пригласили Лизу с детьми съездить к ним в «дом у озера», как они называли дачу, на несколько часов: погода хорошая выдалась. Спиртное не распивали. Позагорали, вместе пообедали, поужинали, отдохнули – и в обратный путь. До Гродно из Озёр всего-то сорок минут на маршрутке.

Не обнаружив никого дома, Пётр пришел в ярость. Не прекращал трезвонить детям и Лизавете. «Меня не устроило то, что бывшая жена без моего согласия взяла сына и дочь на эту дачу. Но на мои звонки никто не отвечал», – досадовал Волкович. А чуть погодя добавил: не помню, мол, сколько именно раз я с ней разговаривал, но не более двух.

Дома Лиза с ребятишками появились к девяти вечера. Все были сыты, поэтому стали готовиться ко сну. «Когда они пришли, я уже практически лег спать». Ну и спал бы себе. Никто ж не шумел. Но то ли он голодный спать лег, то ли просто злой. Факт то, что Петя тут же встал, позвал детей в зал, а Лизавету попытался оттуда выпроводить, “чтобы не слушала и не мешала общаться”. Та запрет проигнорировала. «Глава семьи» стал допытываться, почему Степан с Камилой поехали на дачу, он ведь не позволял. Дети ответили, что им мама разрешила. Папа повторил вопрос еще пару раз. Через несколько минут Елизавета с детьми удалились. Пётр направился вслед за ними. «Спать мне напрочь перехотелось. Когда я возмущен, у меня вообще бессонница. А тут такое! Что за непослушание, ёклмн? Если меня кто выводит из терпения, я раздражен и долго не могу успокоиться! Хотел продолжить разговор с сыном, а Лизавета заслонила его собой и не давала мне с ним поговорить. Она была примерно в полутора метрах от меня». Даже если бы до Лизы было вдвое большее расстояние, папин голос бы все расслышали. Но вместо разговоров папа приступил к активным действиям. Когда бывшая жена присела на диван, он подошел, схватил ее за шею и стал душить. Стёпа с Камилой давай его отталкивать. На какое-то время мужчина ушел. Лиза тотчас позвонила отцу и Алле Куликовской. Услышав обрывки слов, Пётр не стал докуривать сигарету, вбежал в комнату, выхватил из рук Лизаветы мобильный, бросил на диван и снова принялся ее душить. Когда сжимал руки, высказывал угрозы. Их слышали дети. Если опустить нецензурные слова, то выкрикивал мужчина следующее: «Тебе не жить!», «Последние секунды доживаешь!», «Тебе хана!», «Я тебя сейчас удушу – и всё, ведь я ж предупреждал – ты меня не послушала» … Лизе удалось его оттолкнуть. Кроме того, Степан настойчиво пытался оттащить разбушевавшегося папу. Тот расслабил руки, забрал с дивана мобильный жены и ушел в свою комнату. Она со стационарного набрала “102”, успела назвать домашний адрес и сказать, что муж хочет ее убить.

К этому времени Куликовские были уже неподалеку. Алла позвонила в домофон, в случайную квартиру. Кто-то из соседей открыл. Женя лифта дожидаться не стал, взбежал по лестнице, принялся в двери стучать. Никто не открывал. В квартире были слышны крики, шум, плач. Постучал снова. Мужчина крикнул: «Убирайтесь! Не собираюсь открывать никому!» Потом мальчик попросил: «Папа, не трогай!» Из-за двери раздался женский голос: «Ломайте двери! Может, откроет». Женя стал стучать сильнее. Тогда Пётр и вправду подошел, дважды провернул ключ в замке.

До приезда родителей Елизаветы и милиции мужчина вел себя агрессивно и дерзко, грубо высказывался в адрес бывшей жены и незваных гостей. Кстати, когда Куликовские спешили Лизе на подмогу, Женя позвонил в службу “102”, но дежурный сообщил, что по данному адресу уже выбыл наряд милиции. «Дети так напугались! Девочка плакала. Лиза была в шоке. Мы на всякий случай скорую вызвали. Петя вдруг стал куда-то собираться. Я закрыла входную дверь, вынула ключ, чтобы он никуда не ушел».

Согласно заключению эксперта у Е.Волкович были обнаружены ссадины шеи, кровоподтеки поверхности грудной клетки и правого плеча. Они, к счастью, не повлекли кратковременного расстройства здоровья. Признаки телесных повреждений не противоречили сроку и обстоятельствам причинения, изложенным в постановлении, и были не характерны для возникновения при падении на плоскости. Показания обвиняемого в части непризнания вины суд счел надуманными и несоответствующими действительности, поскольку их полностью опровергли иные материалы уголовного дела, последовательные и непротиворечивые.

17 августа 2017 года суд Октябрьского района г.Гродно признал 32-летнего Петра Волковича виновным в угрозе убийством при наличии оснований опасаться ее осуществления. Подсудимый был приговорен к лишению свободы сроком на 1 год, но назначенное наказание не будет приведено в исполнение, если в течение годичного испытательного срока П.Волкович не совершит новое преступление и не будет игнорировать возложенные на него обязанности: уведомлять орган внутренних дел об изменении места жительства, о выезде по личным делам в другую местность на срок более 1 месяца, являться в ОВД по его вызову и при необходимости давать пояснения относительно своего поведения и образа жизни. Обвиняемому надлежит выполнить общественно полезные работы в объеме 50 часов и уплатить в доход государства уголовно-правовую компенсацию в размере 690 рублей в течение полугода после вступления приговора в законную силу.

Светлана Мамедова

* Анкетные данные фигурантов изменены, любые совпадения случайны

Ссылка на официальный сайт uvd.grodno.by обязательна

Об авторе: Пресс-служба УВД Гродненского облисполкома


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *