Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору
Год малой Родины
9:25, 11 января 2019

Год малой Родины


Год малой Родины: Зельвенский РОВД

Год малой Родины: Дятловский РОВД

Год малой Родины: Волковысский РОВД

Год малой Родины: Щучинский РОВД

Год малой Родины: Ивьевский РОВД

Год малой Родины: Сморгонский РОВД


Княжеское гнездо

Моя малая родина – деревня Скерси Щучинского района, которая находится в 3-х километрах от городского поселка Желудок. Главная достопримечательность мест, где прошли мое детство и юность, – Дворцово-парковый комплекс князей Святополк-Четвертинских, которые обосновались здесь в начале прошлого столетия и прожили до 1939 года. Двухэтажное здание с колоннами и мансардой, хозяйственные постройки возводились на протяжении почти 8 лет и были родовым гнездом Людвига Святополк-Четвертинского, одного из представителей рода самого Рюрика.

Свидетельства минувших лет

Сохранившаяся усадьба построена по проекту известного архитектора Владислава Маркони, когда-то в нее входили дворец, флигель и мельница. В 1939 году князьям принадлежали 16 500 гектаров земли, сушилка для семян, садовый питомник, паровая лесопилка на Немане, речная пристань, больница, котельная и электростанция. В княжеском фольварке Желудок было 14 зданий и проживало 242 человека: католики, православные, евреи. Как далеко ушло то время…

Немцы захватили поселок через три дня после объявления Великой Отечественной войны, Желудок почти полностью сгорел, уцелела только одна улица – Орлянская, там фашисты организовали гетто и убили более 2 тысяч евреев. Княжеская усадьба, к счастью, уцелела, здесь был немецкий военный госпиталь. Есть сведения, что основатель дворца – Людвиг Святополк-Четвертинский умер в концлагере «Освенцим» в 1941-м.

В 1960-е годы здесь располагалась воинская часть, военная техника стояла прямо за княжеским дворцом. В зданиях на бывшем хозяйственном дворе, на берегу озера, в разные времена размещались спиртзавод, производство автопровода, шили комнатные тапочки. В/ч расформировали после распада Советского Союза, имение было передано Академии наук РБ. На протяжении 20 лет здесь снимали музыкальные клипы и кино. Один из них – «Масакра».

Потом дворец долгое время не могли продать, неоднократно проводились аукционы, он находился на балансе Щучинского райисполкома. И только в 2014 году усадьбу выкупили в частную собственность. Ее нынешние хозяева – москвичи Софья и Василий Гавриловы, во владении которых – ООО «Традиция Госте-приимства» (Латвия). Их официальный представитель на территории Дворца Святополк-Четвертинских – управляющая Валентина Матюк. Именно она предоставляет всю необходимую информацию для туристов. Предварительно созвонившись с ней, я с некоторым волнением    отправилась на свидание со своей  юностью, отдельные моменты которой тоже связаны с дворцом.

Другими глазами

Оказавшись на территории дворца, заново знакомлюсь с ним – архитектура разных стилей. Само здание – образец необарокко, сохранились лепнина, деревянные лестницы, двери. А флигель, утопающий в зелени, напоминает средневековый замок в миниатюре. Свидетельствуют о жизни знатного княжеского рода каретная и конюшня.

Восстановительные работы в усадьбе начались четыре года назад, с тех пор ее территория открыта для посещения. Сегодня в здании с колоннами стеклят окна и ремонтируют крышу. К сожалению, внутрь не пускают, но снаружи слышны стук молотков и голоса строителей, их разносит эхо пока пустынных комнат. У дворца наконец-то появилась хозяйка, которую сотрудники, добровольные помощники и местные жители называют просто – наша Софья.

Настанет время, и я обязательно вернусь сюда, чтобы пройти знакомым маршрутом по старинной лестнице, спуститься в подвалы… А пока, присев, на скамейке под Деревом любви, вспоминала, как кипела здесь жизнь в бытность воинской части. В школьные годы я активно участвовала в художественной самодеятельности, сольно выступала на конкурсах. В в/ч был свой инструментальный ансамбль, состоявший из военнослужащих срочной службы. Часто ракетчики играли на школьных вечерах, я и мои подруги Тамара, Ирина, Татьяна принимали участие в праздничных концертах в части. В клубе были высокие потолки, увенчанные красной звездой. А елка в Новый Год казалась высокой – до головокружения. Зная, кому когда-то принадлежал дворец, мы не раз представляли, как шуршали пышными нарядами во время приемов члены княжеской семьи и их гости. Пока же паркетный пол топтали грубые солдат-ские сапоги, а перила уникальной деревянной лестницы шлифовали мозолистые руки военнослужащих. Я и сегодня храню в семейном альбоме фотографии ребят со всех уголков СССР, служивших в части, – украинец Валера Пустовой, россиянин Саша Белан, литовец Гинтарас Гурскис, эстонец Тоома Райва, белорус Виктор Шаньков… Уходя в самоволку, не раз были ребята  гостями в нашем деревенском доме. Мой отец щедро делился с ними сигаретами, а мама не скупилась на угощение домашней колбасой.

“…Каб не страціць святое штосьці”…

Покинув территорию дворцово-паркового комплекса, я еще долго была под впечатлением. На берегу живописного озера, наполняемого ключевой водой, рассмотрела отснятые снимки и всю 2-километровую дорогу домой анализировала полученную информацию, стараясь ничего не упустить, наслаждалась неожиданными эмоциями. Понадобился не один десяток лет, чтобы вернуться сюда. К истокам людей, которые оставили после себя эту историко-культурную ценность, к своим корням… Так бывает…

Мое настроение передалось и близким: собеседниками стали старшая сестра, мама Мария Антоновна (87 лет) и соседка, 83-летняя Галина Вацлавовна Дубровник. Они рассказали интересные моменты из жизни хозяев дворца Святополк-Четвертинских со слов родителей, родственников, местных старожилов.

– Люди из нашей деревни ходили к пану на заработки, платили им в тот же день. Правда, к ним был приставлен человек, который следил, чтобы они честно и аккуратно выполняли работу: не хуже, чем у себя дома.

Прислуга, “парабки”, жили неподалеку (это место и по сей день Двором зовется). Пан Людвиг был человеком «людским», образованным, но строгим. Заботился, чтобы порядок был на скотном дворе его прислуги, а у скотины были не только корма, но и солома на подстилку. Он стремился, чтобы подданные жили лучше, чем люди в деревне.

Его жена, пани Рузя, делала подарки детям в рождественские дни, поощряла сельчан, у кого был порядок и чистота. Неподалеку от нашей деревни проходит дорога, так называемая Панская, по которой она в карете ездила к своим родственникам в Липично, Савовщину….

Дворец охранялся собаками, зайти на его территорию мог не каждый. У Четвертинских была своя паша для скота, коровы – породистые, преимущественно черного цвета, не такие, как у местных. Зайти на поле, где они паслись, не разрешалось. Как нельзя было и в лес за грибами и ягодами без специального билета. Если поймают, высыпали все собранное.

Со стороны леса во дворец был проложен водопровод, вода поступала из родников, что вблизи Зеленого мостика. В парке было много редких пород деревьев, орешник, каменные скамейки. Они и сейчас есть, только заросло все. В ставах, разделенных насыпями на ровные квадраты, разводили разные породы рыб. Были построены очистные сооружения. Неподалеку в борочке выращивали улиток размером в кулак. Был и свой садовый питомник. После того, как семья выехала, все приспособления для работы, технику (косилку, молотилку и др.), скотину забрали в колхоз.

По рассказам родителей я с детства помню, как звали членов семьи Святополк-Четвертин-ских: старшие князья Людвиг и Рузя, у них было пятеро детей: две дочери Мария и Рузя, трое сыновей, если не ошибаюсь, Юрий, Станислав, Андрей, – рассказывает Г.В.Дубровник. – У них были лошади, они часто ездили верхом, особенно «княжинки» любили конные прогулки. Однажды одна из них, оказавшись неподалеку от нашей деревни, не зная местность, верхом провалилась в болото – на Индриковщине. Выбившись из сил, стала звать на помощь. А мой отец Вацлав Иванович пас коней неподалеку, услышав, пришел на помощь. Помог выбраться, отмыл и ее, и коня. Княжна была искренне благодарна, пригласила его во дворец за вознаграждением от князя Людвига. Правда, мой отец не пошел, поскольку был человеком скромным. Но историю эту знают многие старожилы нашей деревни.

Они покидали имение в каретах по той самой Панской дороге. Люди копали картошку за нашей деревней, видели, как семья уезжала, сочувствовали и сожалели, ведь они все оставили здесь…

Валентина Матюк долгое время работала медсестрой в Желудокской больнице. И как раз в то время, когда внучка князей Изабелла, на то время живущая в Австрии, присылала для больницы гуманитарку, на ее средства была куплена машина скорой помощи. Говорят, потомки князей Святополк-Четвертинских сами хотели возродить родовое имение, но им не разрешили. Изабелла Четвертинская несколько раз приезжала в Желудок, предлагала помощь в привлечении средств ЕС на реставрацию дворца, но не получилось.

Есть контакт!

Вот уже два года территория усадьбы открыта для посетителей. Во время моего пребывания заехали около двух десятков человек, что не могло не обрадовать. Значит, есть интерес! Валентина показала мне книги регистрации туристов с января 2016 года. География гостей обширная, наряду с многочисленными жителями региона, есть минчане, а также туристы из Украины, России, Польши, Англии, Германии, Израиля других стран и городов. Но больше всех интересуются усадьбой наши соседи  – лидчане. Люди едут сюда семьями, целыми автобусами с экскурсоводом. Романтическая атмосфера этого места привлекает любителей старины: часто на фоне сохранившихся строений фотографируются свадьбы. Посетить Дворец Святополк-Четвертинских можно ежедневно с 10.00 до 17.00.

Мария Зубрицкая

 


Жемчужины Беларуси: Малый Версаль Зельвенского края

Путь того, кто едет из Зельвы в Дятлово, чаще всего пролегает через агрогородок Деречин. К сожалению, мало что осталось от былого величия этого места, а ведь оно – одно из древнейших поселений в Зельвенском крае, где в свое время соседствовали еврейская, христианская и татарская культуры. Здесь шла бойкая торговля лошадьми, в величественном дворце хранились невероятные ценности и гостили аристократы-путешественники, а храмы восстанавливались благодаря большой любви.

По одной из версий название местечка происходит от клички «дереченя» – драчун. Мол, люди, жившие здесь, любили помахать кулаками. По другой версии население Деречина занималось колодным пчеловодством, а процесс извлечения роев из колод назывался не иначе как «дзярэчай». Впервые населенный пункт упоминается в Литовской метрике в связи с тем, что великий князь Витовт передал местечко Василию Копачу «за верную службу», в том числе 13 окрестных деревень, мельницы и дворец Бережки. Деречин занимал выгодное географическое положение: через Щару и Неман осуществлялась связь с Балтийским морем, а Лев Сапега даже имел на Щаре свою флотилию. По водным артериям сплавляли лес, экспортировали зерно, мех, шкуры, золу. В местечке проходили ярмарки, на которых торговали лошадьми.

К роду Сапегов Деречин перешел в 1686 году, а в 1739-м его владельцем стал Александр Михаил Сапега. Он решил превратить эти земли в свою главную резиденцию и приказал построить дворец. На его территории был разбит удивительный сад, в котором произрастали ананасы, апельсины, инжир, гранаты, а в зоопарке обитали олени, лани, лоси, медведи и даже верблюд. Во дворце хранилось более трехсот полотен известных европейских художников, имелись библиотека, уступавшая по размерам лишь радзивиловской, и архив, в котором хранилась переписка Сапегов начиная с XVI века. В стенах резиденции находились собрания скульптур, бронзовых бюстов, художественного стекла, предметов мебели, медалей, монет. История свидетельствует о том, что при Александре Михаиле в состав деречинских владений входило 14 имений и 55 деревень с населением свыше 10 тысяч.

После смерти магната Деречин перешел к его сыну Франтишку. Интересные факты нашли отражение на страницах районной газеты «Праца»: «Князь любил искать приключения по всей Европе, иногда рискуя жизнью, вовлекался в разные авантюры. В Апеннинах очень хотел встретиться с разбойниками; в Неаполе его чуть не задушил дым в кратере Везувия, но он хотел еще испытать расплавленную магму; поднимаясь на горные вершины Пиренеев, чуть не погиб в глубоких снежных завалах; в Испании смотрел бой быков, назвав их кроткими телятами, и обещал тореадорам доставить со своего имения настоящего быка. Возвращаясь после каждого путешествия домой, говорил, что только в Деречине и Париже у него не было места для грусти, привозил разные художественные ценности и пополнял старые собрания». Неудивительно, что Деречин называли Малым Версалем, здесь нередко гостили французские и английские аристократы-путешественники.

После восстания 1831 г. дворец был конфискован российскими властями. Большинство ценностей вывезено в Санкт-Петербург: античные скульптуры, изделия из золота и серебра, оружие, картины, книги и т.п. Самое ценное поступило в Эрмитаж и Академию изящных искусств, остальное распродано либо уничтожено. Сам дворец разрушен во время Первой мировой войны.

Готическая красота

Если говорить о религиозной жизни местного населения, то по свидетельствам священника И.Карского, в 1897 году в Деречине насчитывалось 782 христианина, 1881 еврей и 16 татар. Поэтому уже с давних времен здесь действовали православная церковь, католический костел и еврейская синагога. Сегодня прихожан в своих стенах собирает костел Вознесения Девы Марии 1913 г. постройки. Первоначально, с XVII века, на его месте был другой храм – возведенный князем Константином Полубинским и его супругой Софьей Сапега. Но в 1866 г. его уничтожил пожар, и только спустя 40 лет ксёндз Адам Абрамович заложил новый костел из красного кирпича. В 1910 г. священника арестовали царские власти, его дело продолжил Адольф Рамецкий. 22 июня 1913-го в храм из Слонима привезли колокол, а 20 октября освятили.

Осенью 1951 г. костел был закрыт, здание использовали как склад, потом и вовсе разрушили: у храма отсутствовала крыша, внутри скопились горы мусора и росли деревья. Заслуживает внимания история, связанная с восстановлением святыни. Это произошло благодаря любви французского кинематографиста Жана Керхнера и уроженки Деречина Ирины Жуковской. Они познакомились во Франции, куда девушка попала после Второй мировой войны. Когда супруга умерла, в 1989 г. Керхнер приехал на её родину, увидел полуразрушенный храм и решил восстановить его, выделив немалые средства. В благородном деле ему помогали местные жители. В 1991 г. началась реставрация костела, а в 1993-м он был вновь освящен.

Православная святыня

Еще одна достопримечательность Деречина – величественная Спасо-Преображенская церковь, построенная в 1865 году. Для такого маленького населенного пункта храм довольно большой. Однако церковь примечательна не только своими габаритами, но и архитектурой в византийском стиле, а также очень красивой настенной росписью. В отличие от костела, в советские времена церковь не закрывалась, богослужения не прекращались. В 2004 г. Постановлением Министерства культуры храм внесен в государственный список историко-культурных ценностей. К слову, ранее в Деречине существовали деревянные Спасская и Пречистенская церкви. О судьбе первой ничего не известно, а вторая разобрана в 1884 году.

Катастрофа дереченских евреев

В годы ВОВ в районе Деречина шли ожесточенные бои. По данным на 1921 год, в местечке проживали 1346 евреев. С 28 июня 1941-го до 11 июля 1944 г. населенный пункт находился под немецкой оккупацией, а с начала 1942-го по июль того же года недалеко от костела размещалось еврейское гетто. В него согнали не только местных, но и евреев из близлежащих деревень. Территория представляла собой улицу и переулок, огражденные колючей проволокой. Каждый узник под страхом смерти был обязан носить нашивки в виде шестиконечной звезды, не имел права ходить по тротуару вне гетто. Вокруг царили антисанитария, голод, болезни. Как и в Гродно, для управления был сформирован юденрат – еврейский совет, куда каждое утро должны были являться все трудоспособные евреи: для распределения на принудительные работы. Немцы и коллаборационисты безнаказанно издевались над невольниками, избивали их резиновыми палками и даже убивали для личной утехи. В книге Н.Мельника «На виду у всех» можно прочитать, как фашисты развлекались: они запрягали еврейских парней в рессорную коляску и катали в ней по городу начальника жандармерии. Многих еврейских девушек увозили в немецкий штаб, трудоспособных мужчин – на работы в Слонимское гетто. Никто из них не вернулся.

23-26 июня 1942 г. гетто было полностью уничтожено. Евреев из пулеметов расстреляли жандармы и полицаи, многих похоронили заживо. О жестокости нацистов и их пособников могут рассказать факты, въевшиеся в память свидетелей тех событий, чудом оставшихся в живых. Взять хотя бы эпизод про банщика Кулака, работавшего на немцев. По собственной инициативе он выискивал еврейских детей, которым удалось убежать из гетто. Нелюдь нередко хвастался перед односельчанами, как зажимал шею пойманного ребенка собственноручно изготовленными щипцами и вел к расстрельной яме. За это получал награду – разрешение лично убить жертву.

Всего за время оккупации Деречина расстреляно 4100 евреев: около 3000 – в самом населенном пункте, остальных вывезли и убили в других местах. В 1948 г. в городке установлен обелиск в память о жертвах. В 2013 г. в результате раскопок, проведенных военнослужащими 52-го отдельного специализированного поискового батальона Минобороны, обнаружено еще одно ранее неизвестное место захоронения 50 деречинских евреев, в том числе 17 детей.

К слову, часть узников смогла оказать сопротивление оккупантам, кто-то сбежал в партизанскую бригаду «Победа» под командованием Павла Булака. На кладбище в Деречине есть его могила. В этой местности также действовал еврейский партизанский отряд Иехезкеля Атласа, ядро которого составляли 120 человек, бежавшие из гетто.

Любовь – монумент твой

Стоит внимания путешественников здание бывшей мельницы. Правда, сегодня оно в запущенном состоянии. На кладбище покоится участник Отечественной войны 1812 года генерал-майор Гампер Ермолай Ермолаевич. На плите обелиска можно прочитать: «Не пышный мавзолей, любовь – монумент твой. Почий, великий муж, бессмертие с тобой». Е.Гампер возглавлял Смоленский драгунский полк, который входил в состав 2-го корпуса Эссена Дунайской армии. Участвовал в освобождении Минска, Слонима, Зельвы. Умер от тяжелой болезни.

В 500 метрах к юго-западу от деревни, у шоссе “Зельва – Деречин” расположено старое еврейское кладбище. В центре городка – братская могила, в которой захоронено 199 воинов Красной Армии, освобождавших Гродненщину от немецких за-хватчиков. Рядом с церковью недавно установлен памятный знак с надписью: «1416. 600-годдзе першага дакладнага згадвання Дзярэчына ў Літоўскай метрыцы прысвячаецца…».

Воспевая Зельвенский край

Сегодня на территории Деречинского сельисполкома находится 14 населенных пунктов. В Бородичах и Голынке расположено два коммунальных сельскохозяйственных унитарных предприятия, а по ул.Советской в самом Деречине – лесозавод Зельвенского РКБО. Работают Деречинский детский сад-средняя школа, филиал Зельвенской детской школы искусств, амбулатория врача общей практики. Среди известных уроженцев Деречина – историк, географ Тимофей Липинский, писатель-сказочник Иван Макей, заслуженный учитель БССР Виктор Иванов. А поэт Петр Мартиновский хоть и родился в Мостовском районе, большую часть жизни провел в Деречине, воспевая Зельвенский край и людей, живущих здесь.

Ольга Махнач

Об авторе: Пресс-служба УВД Гродненского облисполкома


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *